Спецпроект «О героях былых времен: Победа на Тихом океане». Часть 3. На сопках Маньчжурии: Харбино-Гиринская наступательная операция Харбино-Гиринская наступательная операция — операция Красной Армии против японских войск во время советско-японской войны на Дальнем Востоке. Часть Маньчжурской стратегической наступательной операции.
Её провели в разгар советско-японской войны, с 9 августа по 2 сентября 1945 года. В боях приняли участие 175 000 советских военных — 1-й Дальневосточный фронт и Тихоокеанский флот. Именно тогда советская армия с союзниками разбила японские войска в Маньчжурии и северной Корее. Замысел операции Войскам Приморской группы поставили сложную задачу: подготовить и провести стремительное наступление в сердце Маньчжурии. Уже 25 июля всё должно быть готово к решающему удару. Этот план помог разгромить японскую Квантунскую армии и завершить войну на Дальнем Востоке. Целью операции было окружение и разгром основной группировки японских войск — Квантунской армии. Успешное выполнение этого плана, совместно с действиями Забайкальского фронта, стало решающим шагом к окончательной победе над милитаристской Японией. Стратегия включала три основных направления Направление на Мулинь и Муданьцзян определили как главное. Здесь сконцентрировали ударную мощь: 1-ю Краснознамённую и 5-ю армии. Они должны были прорваться к Мулиню и Муданьцзяну, используя максимальную концентрацию артиллерии, танков и авиации. Два вспомогательных — параллельно 35-я армия должна была атаковать в направлении Мишаня. 25-я армия получила задачу наступать на Хуньчунь и Аньту, чтобы захватить ключевые корейские порты. Ход боевых действий Операция началась в ночь на 9 августа, шли проливные дожди. Ливень, как ни странно, сыграл на руку советскому командованию. Вместо привычной артподготовки, наступление началось в темноте и под прикрытием непогоды. В 1 час ночи передовые отряды, включая пограничников, пересекли границу с Китаем. Дождь помог сохранить внезапность, и советские войска стремительно ворвались в японские укрепления, застав противника врасплох. «Выкуривать» японцев из укрепленных окопов было нелегко, отмечал ведущий научный сотрудник Центрального пограничного музея ФСБ России Виталий Стецкевич в своей статье «Огонь на дальних рубежах». «Доты, стены которых достигали высоты трех-четырех метров, были глубоко укрыты в сопках. В гранитных скалах были высечены десятки огневых точек, способных вместить орудия вплоть до калибров 305 и 410 мм. Железобетонные доты были со стенами толщиной свыше полутора метров, их амбразуры прикрывались стальными щитами. Высокую активность проявляли диверсанты смертники. В Квантунской армии были созданы корпуса камикадзе, главное соединение среди них — 132-я специальная бригада генерала Онитакэ. Они насчитывали 4 тысячи смертников. Из их состава создавались летучие отряды, в задачу которых входило действие в тылу противника. На Тихом океане Квантунская армия обзавелась собственными летчиками-смертниками камикадзе. Большие группы японских смертников, привязав к себе мины, образовывали подвижные противотанковые минные поля. На подступах к Мукдену был отмечен случай, когда 200 смертников, распластавшись на траве, пытались преградить путь советским танкам», — говорится в статье. Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке маршал Александр Василевский сравнивал полосу обороны противника здесь с «линией Маннергейма». «Войска 1-го Дальневосточного фронта в условиях труднопроходимой горно-таежной местности, прорвав сильную полосу обороны, напоминавшую «линию Маннергейма», только в больших масштабах, и овладев семью мощными укрепленными районами, продвинулись в глубь Маньчжурии на 120—150 км и завязали бой за город Муданьцзян», — писал он в мемуарах. Особую роль на начальном этапе операции сыграли пограничные отряды, им предстояло первыми перейти государственную границу и уничтожить передовые вражеские гарнизоны, обеспечить боевое развертывание частей Красной армии. Маршал Василевский вспоминал в своей книге «Дело всей жизни»: «Огромную помощь войскам Дальнего Востока на протяжении всей кампании оказывали пограничники. В первые же дни Маньчжурской операции они вместе с полевыми войсками атаковали и ликвидировали многочисленные пограничные опорные пункты врага и его укрепленные районы. В процессе дальнейших боев погранвойска принимали активное участие в преследовании противника, охраняли коммуникации, штабы, важные объекты и тыловые районы полевых войск. В то же время сформированные в первые дни войны на Дальнем Востоке из погранвойск специальные отряды прикрывали, вернее сказать, обороняли по заданию фронтового командования значительные участки фронта, позволяя тем самым высвобождать полевые войска и использовать их на основных операционных направлениях. Неоценимую помощь оказали пограничники и в борьбе с диверсионными и разведывательными группами врага». К 8:30 утра вступили в бой главные силы фронта. 5-я армия прорвала оборону у Суйфыньхэ и продвинулась на 23 км. 1-я Краснознамённая армия, преодолевая трудности бездорожья в горах, продвинулась на 5-6 км. 35-я армия начала наступление с артиллерийского удара, форсировала реки и к вечеру достигла важного опорного пункта — Хутоу. «Наше совместное с Монгольской народно-революционной армией наступление развивалось успешно с первых же часов. Внезапность и сила первоначальных ударов позволили советским войскам сразу же захватить инициативу. В правительстве Японии начало военных операций Советским Союзом вызвало панику. «Вступление сегодня утром в войну Советского Союза, — заявил 9 августа премьер-министр Судзуки, — ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны». Таким образом, именно действия Советских Вооруженных Сил, по признанию японского руководства, а не атомная бомбардировка городов Японии американскими самолетами, произведенная 6 и 9 августа, решили судьбу Японии и ускорили окончание Второй Мировой войны», — писал маршал Александр Василевский в своих мемуарах. К полудню 10 августа 25-я армия освободила города Дуннин, Тумэнь и Хуньчунь. Её левофланговые части, при поддержке флота, преодолели приграничные укрепления Кореи. 12 августа советские войска высадили десанты и взяли порты Юки и Расин. После шла битва за Сэйсин. Четыре для войска штурмовали этот промышленный центр и военно-морскую базу. После его взятия противник потерял корейские порты, что отрезало Квантунскую армию от Японии. К 14 августа советские войска прорвали все приграничные укрепления и продвинулись на 150 км вглубь Маньчжурии. Затем взяли город Муданьцзян. Этот важный узел дорог штурмовали с 13 августа. После ожесточённых боёв, 16 августа 1-я Краснознамённая и 5-я армии овладели городом, расчленив 1-й фронт Квантунской армии. Таким образом советские войска открыли себе путь для стремительного наступления на Харбин и Гирин. Завершение операции С 17 августа начались массовые сдачи в плен японских войск. Для ускорения капитуляции, с 18 по 24 августа, в крупных городах высадили воздушный десант. В чтобы сохранить материальные ценности, создавали подвижные отряды, которые стремительно продвигались к промышленным центрам. Они не позволяли японцам вывозить или уничтожать вещи. Несмотря на капитуляцию японских войск, в некоторые подразделения продолжали воевать — не хотели сдаваться или не знали о объявленном поражении. Однако и их вскоре уничтожили или взяли в плен. Японские войска потеряли около 108 000 человек пленными, свыше 700 орудий, 120 танков, около 360 самолётов. Итоги Харбино-Гиринской операции Наступательная операция завершилась полным успехом советских войск. Им удалось разгромить японские силы, продвинуться вглубь Маньчжурии на 300 км и, совместно с Тихоокеанским флотом, освободить северную часть Кореи. Несмотря на победу, советские корабли столкнулись с неожиданной проблемой. После вступления Тихоокеанского флота в боевые действия, США установили в портах Расин, Гёнзан и Сейсин сотни морских мин. Командование США не уведомило об этом СССР. Когда советское правительство запросило информацию, американский военно-морской атташе заявил, что координаты минных постановок неизвестны. 16 августа 1945 года именно в этих районах на американских минах подорвались советские транспорты «Ногинск» и «Дальстрой». Благодаря героическим усилиям команд оба судна удалось спасти от затопления. За отличия во время операции многие соединения и части 1-го Дальневосточного фронта получили почётные наименования «Харбинские» и «Гиринские». Два героя были удостоены звания Героя Советского Союза. Это полковник Макар Барташов, командующий 12-й штурмовой авиадивизии ВВС Тихоокеанского флота. Его наградили за умелое руководство и личное мужество. А также генерал-майор Григорий Перекрестов — командир 65-го стрелкового корпуса 5-й армии. Награды удостоен за выдающееся командование и героизм в боях. Маршал Василевский же отмечал массовый героизм советских солдат: «Столь высокие темпы наступления советских войск, действовавших на отдельных, разобщенных операционных направлениях, стали возможны лишь благодаря тщательно продуманной группировке войск, знанию природных особенностей местности и характера системы обороны врага на каждом операционном направлении, широкому и смелому использованию танковых, механизированных и конных соединений, внезапности нападения, высокому наступательному порыву, решительным до дерзости и исключительно умелым действиям, отваге и массовому героизму воинов Красной Армии и моряков». Фото — Государственный объединённый музей-заповедник истории Дальнего Востока имени В. К. Арсеньева, Госархив Приморского края. Спецпроект DEITA.RU «О героях былых времен: победа на Тихом океане»: как Советская армия освобождала Китай, Корею, Сахалин и Курилы Часть 1. Перед войной Часть 2. «Августовская буря»: о легендарной битве за Маньчжурию
Свежие комментарии