Когда Александр Осьмаков безусым юнцом уезжал с родного Донбасса поступать в Ленинградское военно-морское инженерное училище, он даже подумать не мог, что однажды вернется с оружием в руках. Причем сначала пришлось добиваться отправки на СВО, а затем — официального, по документам признания того, что он и его боевые товарищи — настоящие ветераны.
Дело не в возрасте До начала острой фазы конфликта на Украине Александр Осьмаков работал, воспитывал детей, увлекался гонками офф-роуд, сам «строил» для них машины. Но уже к началу 2010-х годов стал терять к ним интерес — говорит, вместо уровня мастерства стали меряться размером кошельков. Гоночную машину продал. А тут и началось… — Первый раз я столкнулся с «товарищами» с Майдана еще в апреле 2014 года. В 2014-м и части 2015 года принимал участие в так называемом «диком ополчении». Потом вернулся в Питер, но продолжал навещать Донбасс. А потом нам сказали: «Ребята, вы наш золотой запас, но пока будем справляться своими силами. Если понадобитесь, позовем». И в 2017 году я устроился на «Адмиралтейские верфи», где спокойно работал до начала СВО, — рассказывает Александр. В первые дни никто толком не понимал, какого масштаба достигнет беда. Но уже было ясно, что защищать Родину придется с боем. Александр Осьмаков отправился в военкомат, но там поначалу отказались рассматривать его кандидатуру: 52 года, не годен по возрасту. Спустя несколько месяцев планку возраста подняли. Он был зачислен в подразделение БАРС — «Боевой Армейский Резерв Страны» или «Боевой Армейский Резерв Специальный», проект Минобороны РФ по созданию мобилизационного резерва, формируемый из военнослужащих запаса по контракту. Александр 12 лет отслужил на Северном флоте — начал матросом, а закончил старшим лейтенантом. Его подразделение в 2022 году называлось БАРС-3, а сегодня уже есть БАРС-31. По сути это добровольческие соединения: люди отправились в зону СВО не по приказу командования, а приняв взвешенное осознанное решение. Но ценность и значимость такого патриотизма страна осознала не сразу. На Мариуполь В родные места герой после 2014 года продолжал ездить каждый год. Как говорит, и у него, и у жены там похоронено много родных — навещают. И когда первых петербургских «барсиков» набирали, он рассчитывал, что учтут пожелания — где боец хочет воевать, и надеялся попасть на донецкое направление, под Мариуполь. Но оказалось, что несмотря на статус добровольцев, порядки у подразделений БАРС армейские. И на тот момент нужны они были на запорожском направлении. Мариуполь проехали транзитом. — Когда ехали, я увидел город — точнее то, что от него осталось, — рассказывает ветеран. — Ощутил, как там говорили, «запах свободы» — вонь, гарь, трупный запах — никогда не забуду. Даже прослезился. Село Новопрокоповка для многих бойцов станет их личным Сталинградом, но тогда, в 2022-м, оно находилось еще далеко от линии боевого соприкосновения. Далеко — это километров семь. Поэтому здесь держали технику, и Александр Иванович находился при ней. Как сам говорит, нашлась для него работа по специальности — инженера-механика по двигателям внутреннего сгорания. Однажды поступило предупреждение, что ожидается артналет — технику вывели в «зеленку». А когда возвращались, произошла одна очень важная встреча. — Начался артналет, и рядом со мной оказалась 82-летняя бабушка, сработала реакция — ее под вишню бросил возле ее дома и сверху упал. А она лежит подо мной и причитает: «Ну что вы сюды прийшлы…» А я мову розумию и на мове розмовляю: а вы чего молчали с 2014 года? Вы сидели десять лет, пока других убивали, а теперь к вам пришли. — Как же ты по-нашему, сынку? — Я родом отсюда. — А теперь откель? — Из Ленинграда. Кажется, название города на Неве, о блокадном героизме которого знал каждый житель СССР, многое сказало Надежде Ивановне. Она потом российским бойцам козье молоко носила. Когда закончился его трехмесячный контракт, Александр Осьмаков вернулся в Петербург. Планировал, что не очень надолго. Но новый контракт заключить не получилось. "Здесь вам не СОЧи!" Указ о создании государственного Фонда поддержки участников специальной военной операции «Защитники Отечества» президент РФ подписал 3 апреля 2023 года, а 1 июня того же года открылся петербургский филиал. И одними из первых его посетителей стали Александр Осьмаков, его боевые товарищи и вдовы тех из них, кто не вернулся домой. С начала СВО статус добровольцев — а значит, и их семей — законодательно не был определен. Следовательно, им не полагалось ни удостоверений ветеранов, ни соответствующих мер социальной поддержки, ни медицинской помощи и реабилитации, то есть в отличие от мобилизованных и кадровых военных практически никаких мер государственной поддержки. «Барсики» доказать тот факт, что побывали на линии боевого соприкосновения, не могли. Вернувшись в августе 2022-го по истечении контракта, Осьмаков и его товарищи в сентябре получили выписки, что они — «пятисотые». То есть СОЧи (самовольно оставившие часть). По словам героя, перед возвращением командир батальона подполковник Роман Сохин подготовил документацию для каждого, заверил ее у командования 503 полка, в оперативном подчинении которого находилась группа из Петербурга, были выданы все служебные характеристики, ходатайства о награждении, представление к очередным воинским званиям. Однако из-за бюрократических проволочек сразу получить статус ветеранов боевых действий сослуживцам не удалось. Все эти беды боевые товарищи принесли в Фонд «Защитники Отечества». К тому времени в ежегодном послании президента РФ Федеральному Собранию прозвучало: «Спасибо нашим героям, солдатам и офицерам армии и флота, Росгвардии, сотрудникам спецслужб и всех силовых структур, бойцам Донецких и Луганских корпусов, добровольцам, патриотам, которые сражаются в рядах боевого армейского резерва БАРС». Вкус к жизни БАРСовцы получили признание на государственном уровне, но, конечно, всех проблем сразу это не решило. Поэтому в сентябре 2023 года во время встречи с председателем Фонда «Защитники Отечества» Анной Цивилевой Александру Осьмакову предложили письменно изложить все препятствия, с которыми сталкиваются добровольцы. Получилось 12 пунктов, некоторые из них герой потом узнал по телевизору, в ходе репортажей о встрече Анны Евгеньевны с главой государства. — В первую очередь нас волновало медицинское обеспечение. Если с мобилизованными и контрактниками все понятно было, то мы, выйдя с СВО, моментально становились гражданскими, — поясняет Осьмаков. — И военные медицинские учреждения нас не брали по этой причине, а гражданские медицинские заведения не брали, потому что не умели работать с военными травмами. Фонд начал решать эту проблему: направлять на обследования, хотя бы первичные, ведь многие из моих товарищей вернулись с осколками, с контузиями. Очень важно, что Фонд берет на себя значительную часть общения с чиновниками, подчеркивает боец. Как говорил Володя Шарапов в культовом фильме «Место встречи изменить нельзя», «на войне все было просто — враг был там, за линией фронта, а здесь … я уже сам себе начинаю не верить». А Александр теперь подтверждает, что порой достучаться до чиновников без поддержки сотрудников Фонда очень сложно. Фонд помогает бойцам, вернувшимся «из-за ленточки», снова почувствовать вкус к жизни. Александр Иванович признается, что стал театралом и с удовольствием вместе с супругой посещает спектакли самых разных жанров, хотя до этого в театре был последний раз в 1998 году, когда уволился в запас с Северного флота. Кроме того, благодаря Всероссийскому обществу «Боевое братство», с которыми боец познакомился через Фонд «Защитники Отечества», супруги побывали в Крыму. И боевым товарищам он советует не отказываться от предложений Фонда разнообразить досуг — положительные эмоции выводят из стрессового состояния. Еще один, личный способ снять стресс — дорога и скорость. Как напоминание о прежней жизни — огромный внедорожник, который Александр называет «баркас». Это и про гонки, и про мирную профессию. На Донбасс он продолжает ездить, что называется, на общественных началах. Хотя готов был бы вернуться на работу — прошел обучение по программе «Время героев» — дистанционно, в РАНХиГС, получил сертификат. — Вы хотели бы вернуться сейчас на Донбасс как боевая единица или как посланец фонда? — Как скажут, так и будет. Но если бойцом, то только в БАРС.
Свежие комментарии